Современность негидальцев

Материал из Арктический многоязычный портал — Wiki
Перейти к: навигация, поиск
Karta2 negit.jpg

По Всесоюзной переписи населения (1939, 1959, 1970 и 1989 годов), данные о численности негидальцев появились только 1970 году – 495 человек в России, из них 454, проживали в Хабаровском крае. В 1979 году было уменьшение численности негидальцев по России – 477 человек, в том числе проживающих в Хабаровском крае – 459 человек. 1989 год - число негидальцев проживающих в России – 587 человек. Данных по Хабаровскому краю нет. Возможно в этот период, они ассоциировались с другими народами, как это было до 1970 года. В XX в. традиционное хозяйство и культура негидальцев существенно пострадали, в связи с паданием запасов рыбы в притоках Амура, многочисленными переселениями и «реформированиями» колхозов. Шаманизм, претерпел в этот период давление. Шаманам запрещалось проводить обряды, отбирались и сжигались шаманские атрибуты. Немало коренного населения ушло из исконных поселений в города и поселки на Амуре. Молодежь стала ориентироваться на работу в промышленности, особенно в лесной, в сфере народного образования.

Согласно Всероссийских переписей 2002 и 2010 годов, общее численность негидальцев, проживающих в России в 2002 году составила 567 человек, в том числе проживающих в Хабаровском крае – 505 человек. В 2010 году по данным переписи негидальцев стало меньше. В России – 513 человек, в том числе проживающих в Хабаровском крае – 480 человек.

В настоящее время низовские негидальцы проживают в Ульчском и Николаевском районах Хабаровского края, в селах Кальма, Белоглинка, Тыр, Тахта, Маго и Богородское. В Ульчском районе Хабаровского края говорят на низовском диалекте. Из них говорящих на родном языке - 3 – 4 человека. Всего в в Ульчском районе проживает 203 негидальца. В Николаевском районе Хабаровского края – около 100 человек. Верховские негидальцы жили и проживают в районе имени Полины Осипенко (бывшем Кербинском) Хабаровского края. Сегодня селом их компактного проживания является село Владимировка, где проживает 93 негидальца из всего населения. Жилища, одежда, средства транспорта, хозяйственные занятия не отличаются от окружающего населения.

Сегодня негидальцы также занимаются охотой и рыболовством. Главные объекты рыбного промысла проходные лососи: горбуша, летняя и осенняя кета. Из местной рыбы - сазан, амур, толстолобик, карась и др. Негидальские женщины, независимо от возраста и материального положения занимаются подледной рыбалкой. Мужское населения, как и прежде, охотятся на пушного зверя, лося, медведя, дичь. Транспортные средство охотников: снегоходы или бураны. Транспортное оленеводство, в отличие от охоты и рыболовства не сохранилось в настоящее время. Сезон охоты начинается с наступлением холодов, а значит, будут мясо, оленьи шкуры, пушнина. Женщины шьют торбаза и рукавицы, т.к. среди сородичей всегда находятся заказчики.

Основным средством передвижения по реке сегодня является моторная лодка. Дома негидальцы строят из бруса, с приусадебными участками. Внутренне убранство домов не отличается от быта окружающего населения. Одежда, средства транспорта не отличаются от окружающего населения. В праздничные дни негидальцы одевают национальную одежду, богато украшенную растительным орнаментом. Повсеместно преобладают этнически смешанные семьи. На родном языке говорит старшее поколение.

Местом компактного проживания негидальцев является село Владимировка района им. Полины Осипенко Хабаровского края. Оно же и является центром сохранения, популяризации и развития культуры негидальцев. Сегодня негидальцы также проживают в Ульчском, Николаевском районах. В школе с. Владимировка преподают негидальский язык. Это школа единственная в Хабаровском крае и в России, где ведутся уроки на негидальском языке. Молодое поколение стремиться знать не только свой язык, но и культуру, традиции своих предков. В селе проводится «День охотника». Он приходится на конец марта и вносит в жизнь Владимировки радостные краски. В нем соединились черты двух важнейших ритуалов, связанных с охотничьим промыслом, которые сохранялись здесь вплоть до конца 1950-х годов, – праздников первой и последней тропы. Со временем многие детали этих ритуалов исчезли или приняли откровенно театрализованный характер. Но проведение таких мероприятий способствует популяризации традиционной охотничьей деятельности, которая в настоящее время переживает кризис. К сожалению, молодое поколение коренного населения, не заинтересованно в данной отрасли традиционного хозяйствования. А в негидальском селе Владимировка одно поколение охотников сменяется другим, подрастают ловкие и отважные ребята, для которых тайга – дом родной. Про них говорят: «Родились с ружьем в руках».

«Особая бабушка» Владимировки – Анна Порфирьевна Надеина, дочь негидальского шамана Порфирия Никифорова. В свои девяносто лет она продолжает оставаться заядлым рыбаком и потрясающей мастерицей. Анна Надеина стала членом Союз художников РСФСР, а ее работы экспонировались не только на Дальнем Востоке, но и в Москве, Дагестане, Чехословакии, Японии, Финляндии. В 2007 году негидалка Анна Надеина стала лауреатом конкурса «Ремесла Земли Дерсу» и обладателем Гран-при фестиваля-эстафеты «Бубен дружбы». По существующим меркам ремеслом Анна Порфирьевна занялась достаточно поздно – после замужества. Обычно девочек с самого раннего детства учили премудростям северного искусства, но Анна Порфирьевна в шесть лет осталась без матери. Это случилось во время эпидемии кори, которая обрушилась на Приамурье в 1922 году. Наверстывать упущенное пришлось уже в семье мужа. Анна Порфирьевна рассказывала дочерям о своем первом «экзамене», когда ей поручили выделать шкуру лося и предупредили: «Сумеешь сделать ее мягкой, как шелк, станешь великой мастерицей, а если кожа останется жесткой, как дерево, ничего из тебя не выйдет!» Она так боялась критики строгих старушек, что мяла и мяла кожу не жалея рук, сил. А те, увидев готовый результат, не смогли скрыть удивления и радости: никто еще на их памяти не выделывал ровдугу до состояния шелка, а эта молодая женщина смогла. Анна Порфирьевна и дочерей своих потом учила: пока кожа на руках не высохнет, работу бросать нельзя. Дочери – Дарья Ивановна Надеина и Любовь Ивановна Охлопкова – прошли прекрасную школу и со временем стали замечательными мастерицами.

Орнамент на традиционной одежде, коврах, декоративных панно, сумочках и сувенирных изделиях негидальцев не спутаешь ни с каким другим. Его главный элемент – трилистник – символ самого малочисленного этноса из восьми проживающих в Хабаровском крае. Негидальские мастерицы из села Владимировка соединяют разноцветные лепестки с «живописными» сюжетами на своих изделиях, где изображают реки, лесные тропинки, растительный и животный мир и «включают» тем самым их защитную функцию. Потому что вахту трехлистную, а в народе просто трехлистку, негидальцы ценят по-настоящему. Это многолетнее травянистое растение до 30 – 40 см высоты: листья тройчатые, цветки бледно- розовые или белые. Растет по берегам озер и рек, в стоячей воде, по моховым болотам и болотистым лугам. Считается, что эта травка способна исцелить от самых тяжелых недугов (местные жители утверждают, что даже от туберкулеза), и заготавливают ее на все случаи жизни.

Национальное самосознание негидальцев отличается большой устойчивостью. Несмотря на малочисленность, негидальский народ сохранил сегодня свою самобытность, культуру, традиции и язык. Это является положительным и уникальным фактом в мировой культуре, когда малочисленные народы, численностью более 500 человек, на протяжении веков сохраняют и популяризируют свои традиции, культуру и язык. И современное мировое сообщество имеет возможность познакомиться с уникальным народом, сохранившим себя, свое самосознание, мировосприятие.