Иохельсон, Владимир Ильич

Материал из Арктический многоязычный портал — Wiki
(перенаправлено с «Владимир Ильич Иохельсон»)
Перейти к: навигация, поиск
В.И. Иохельсон

Архивные и фондовые материалы Американского музея естественной истории в Нью-Йорке содержат обширную информацию о деятельности Владимира Иохельсона в период, когда он возглавлял сибирский отряд Джезуповской Северо-Тихоокеанской экспедиции. Это его переписка с Боасом, его полевые дневники и, конечно, научные статьи и монографии, представляющие сегодня классический источник по изучению духовной и материальной культуры народов Северо-Востока Азии. В ходе изучения сибирской коллекции Джезуповской экспедиции и позже, когда мы работали над русским переводом монографии Иохельсона «Юкагиры и юкагиризированные тунгусы», перед нами постепенно вырисовывался яркий образ исследователя-подвижника, чей труд ради спасения и сохранения исчезающих культур можно оценить как подвиг во имя науки. Имя этого выдающегося ученого – этнолога, фольклориста, краеведа, антрополога и лингвиста - в XX веке было хорошо известно в научных кругах Америки и Европы, но на своей родине, в России, он долго оставался малоизвестным, и только в последние годы появился интерес к его жизни и деятельности. Наша статья о работе Иохельсона среди юкагиров, коряков и якутов опубликована в сборнике статей, посвященном 100-летию Джезуповской экспедиции, изданном в Вашингтоне[1].

Владимир Иохельсон и его вклад в изучение Северо-Востока Азии и Северной Америки

Владимир (Вениамин) Ильич Иохельсон родился 14 января 1855 года в г. Вильнюсе в состоятельной еврейской патриархальной семье. Родители готовили сына к богословской карьере и отдали его в хедер – начальную школу для обучения мальчиков основам иудаизма. По его собственному признанию, «в 12 лет он уже знал четыре трактата талмуда с комментариями»[2]. Для еврейского юноши естественным шагом было поступление в раввинское училище, но к огорчению отца, в училище он увлекся не философией иудаизма, а проникся идеями крестьянской революции, посещая тайный кружок «саморазвития» А.И.Зунделевича. После окончания раввинского училища в 1874 году Вениамин Иохельсон поступает в 5-й класс реального училища, но все свое время он отдает нелегальной деятельности народников, становится активным членом организации «Народная воля».

В 1875 году, когда начались аресты народников, он уехал в Берлин, где зарабатывал на жизнь токарем на машиностроительном заводе, посещал лекции в университете, познакомился с молодыми немецкими социал-демократами Бернштейном и Каутским. Весной следующего года Иохельсон возвращается в Россию, организовывает тайные кружки в Киеве, в Кременчуге, затем снова вынужден был бежать в Германию. В конце 1877 года мы снова видим его в России: сначала в Москве, затем живет в Петербурге в конспиративной квартире. Основным его занятием было распространение нелегальной литературы кружка “Народная воля”. Подпольная кличка «Володька» заменила его настоящее имя Вениамин. Иохельсон вошел в историю с именем Владимир (Waldemar). За активными народовольцами постоянно шла охота. 1880-1885-ые годы он провел за границей, вынужденно меняя страны и города: жил в Германии, Англии, Швейцарии. В своих революционных взглядах Иохельсон еще более укрепился после знакомства в Лондоне с Фридрихом Энгельсом. В 1885 году решил тайно вернуться в Россию, но был арестован при попытке перейти границу из Швейцарии. После двухлетнего заключения в Трубецком бастионе Петропавловской крепости узник был отправлен в десятилетнюю ссылку в Якутию.

Таким образом, начальная страница биографии Иохельсона связана с революционной деятельностью, и это важный момент для характеристики его как ученого этнографа. Между народническими взглядами Иохельсона и его последующей научной деятельностью в якутской ссылке есть определенная связь.

Народником был и его коллега, также сосланный в Якутию Владимир Германович Богораз. В Международной энциклопедии социальных наук дается следующая характеристика деятельности Иохельсона и Богораза: «Этнография была для них интеллектуальной частью народничества… Согласно их доктрине, от слияния интеллектуалов с простым народом произрастает национальная мощь»[3]. Если внимательно читать труды Иохельсона и Богораза, то можно убедиться в том, что демократические идеалы народничества выразились в любви и сострадании к народам Севера, сохранившим свою культуру в суровых природных и социальных условиях. В ссылке осуществилась их юношеская мечта – идти в народ, просвещать и защищать народ. Не только научный интерес, но и народнические идеалы, от которых не отказались и после завершения своих одиссей, подвигнули Иохельсона и Богораза изучать языки, жить интересами изучаемых народов, делить с ними тяготы кочевой жизни.

Итак, в 1887 г. Владимир Иохельсон прибывает в Олекминск. С этого времени начинается другая часть его биографии, принесшая ему впоследствии славу крупного ученого. Вначале он заинтересовался русскими старожилами, написал историко-бытовой очерк “Олекминские скопцы”, который был опубликован в журнале “Живая старина” за 1894 год. Из Олекминска его скоро переводят в более отдаленный район - в селение Калтус близ Среднеколымска. Здесь Иохельсон начал изучать быт, язык и культуру якутов. Писал статьи, которые посылал в издания Географического общества и Академии наук в Петербурге и в Москве. Его публикации привлекли внимание в научных кругах. В 1894 году Д.А. Клеменц, руководитель Восточно-Сибирского отдела Географического общества, привлек Иохельсона к работе Сибиряковской экспедиции, в которой также участвовали политссыльные Э.К. Пекарский, Н.А. Виташевский, И.И. Майнов, В.Г. Богораз, С.В. Ястремский, С.Ф. Ковалик и др.

Иохельсон начал с изучения физического типа коренных жителей Колымского и Верхоянского округов. Далее он поставил своей задачей исследование географических и климатических условий Севера, сбор материалов по материальной и духовной культуре юкагиров, ламутов, якутов и русских старожилов. Наиболее глубокое исследование Иохельсон провел среди юкагиров, кочуя вместе с ними более двух лет (1895-1897). В результате он изучил два юкагирских языка, собрал словарь в 9000 слов, записал 150 текстов. Свои ежедневные наблюдения он записывал в полевом дневнике. В Американском музее естественной истории сохранился полевой дневник Иохельсона 1896 года, озаглавленный “Путевые записи № 3”. Этот редкий документ, содержащий огромную информацию по материальной и духовной культуре юкагиров, не потерял своего значения и сегодня. День за днем он записывал свои мысли и наблюдения, народные предания, сказки и мифы, вел метеорологические наблюдения, статистику населения, составлял алфавит, изучал время прилета птиц и т.д. Ему было интересно знать как сохраняется род, этническая чистота нации. Поэтому записывал роды, семьи, национальность супругов, сколько детей в семье и т.д. Дневник еще не публиковался; он трудно поддается расшифровке, поскольку запись велась в полевых условиях мелким специфическим почерком со старинным “ять”. Отрывки из него я поместила в журнале «Илин»[4] за 1999 год в № 3-4.

Впервые этнографический материал о юкагирах, собранный в Сибиряковской экспедиции, Иохельсон опубликовал в очерке “По рекам Ясачной и Коркодону”. Его статьи публикуются в журналах «Живая старина», «Памятные книжки Якутской области», Известиях РГО и ВСОРГО, также в книгах «Очерки зверопромышленности и торговли мехами в Колымском округе», «Материалы по юкагирскому языку и фольклору». Часть материалов использовал в работе над монографией «Юкагиры и юкагиризированные тунгусы».

С окончанием срока ссылки Иохельсон возвращается в Петербург в 1898 г. Но ему был запрещен въезд в столицу, и он уезжает в Швейцарию, где работает над юкагирским материалом и над докторской диссертацией. Здесь Иохельсон получил письмо от американского антрополога Франца Боаса с предложением включиться в работу Американской Северо-Тихоокеанской Джезуповской экспедиции и возглавить сибирский азиатский отряд. Кандидатура Иохельсона и Богораза была рекомендована Боасу директором Музея антропологии и этнографии Российской Академии наук академиком В.В. Радловым как знатоков исследуемого региона.

Благодаря ходатайству Русского Географического общества через год, в 1899 г., ему разрешили вернуться в Петербург. Здесь он начинает основательно готовиться к грандиозному американскому проекту. Имея полевой опыт, Иохельсон все продумывает до мелочей.

Как известно, главной целью Американской Джезуповской экспедиции, которую сформулировал Франс Боас, было изучение взаимосвязей коренных народов Северной Америки и Северо-Востока Сибири для выяснения происхождения американских индейцев и путей их проникновения в Новый Свет. Перед Иохельсоном была поставлена задача основательного изучения этнологии, языка, мифологии, религии коряков, а также дополнить ранее собранную юкагирскую коллекцию новым материалом. Но практика оказалась шире. Иохельсон, живя в Якутии, не мог обойти и якутский материал, в результате оказавшийся редким и уникальным по собранным экспонатам. В письме Боасу он пишет:

"Несмотря на короткое время, за которое я должен был сделать якутскую коллекцию благодаря моему знанию страны и старым друзьям, я полагаю, что это будет первая полная этнографическая коллекция, которая покинет Якутск… Наша коллекция имеет более 50 орнаментированных серебряных изделий, несколько дорогих и ныне редких меховых одежд, старые украшения и шаманские атрибуты"[5]. Среди наиболее редких экспонатов Иохельсон выделяет 6 шаманских костюмов (2 юкагирских и 4 якутских) и подаренную ему берестяную урасу с красивым орнаментом.

Далее, в ходе работы с морскими коряками, Иохельсон обнаружил в устье реки Наяхан большое селение эвенов, состоящее из 61 юрты. Полгода провел среди лесных и тундренных юкагиров. Таким образом, ареал исследований получился шире, чем полагал Боас, который предлагал ограничиться коряками. Богораз же занялся чукчами и помогал Иохельсону в составлении словаря корякского языка.

В состав сибирской экспедиции входили жены ученых Дина Бродская-Иохельсон и София Богораз.

На Дине Лазаревне, урожденной Бродской, Иохельсон женился после возвращения из якутской ссылки, и в дальнейшем они были неразлучны. Большая любовь двух незаурядных личностей помогла им перенести все тяготы и трудности кочевой жизни на Севере.

Дина Лазаревна Бродская родилась в 1864 году в Керчи. Окончила Бестужевские женские курсы, основанные в Петербурге в 1878 году К.Н. Бестужевым-Рюминым, где готовили врачей и учителей. После этого Дина Лазаревна окончила медицинский факультет Цюрихского университета. В экспедиции она выполняла роль врача, производила антропометрические замеры, фотографические съемки, записывала устный и музыкальный фольклор на восковой фонограф. Она вела ежедневные дневниковые записи. Ее дневники, составляющие 15 общих тетрадей, хранятся в архивах Института востоковедения. Друг семьи Иохельсонов Н. Калашников в статье, посвященной памяти Бродской, писал: «Ее любовь к мужу и стремление всегда быть с ним в его продолжительных непрекращающихся экспедициях побудили ее не только к изучению антропологии и этнологии, но также к совершенствованию в искусстве фотографии и рисунка. Рисунки и фотографии в многочисленных книгах Иохельсона были преимущественно выполнены Диной Лазаревной"[6]. Позже она защитила на собранном материале докторскую диссертацию в Цюрихе.

По условиям контракта весь научный и полевой материал экспедиции считался собственностью Американского музея естественной истории в Нью -Йорке.

К тому времени, когда сибиряки включились в американскую программу исследований, Джезуповская Северо-Тихоокеанская экспедиция уже работала три года среди западных индейцев. По плану Боаса вся работа Джезуповской экспедиции должна была уложиться в 7 лет, в 1897-1904 гг. На работу сибирского отряда отводилось два года. Иохельсон точно уложился в этот срок. Переписка с Боасом, представляющая почти ежедневный отчет о работе, помогает восстановить точные даты двухлетней эпопеи. Поразительно, как в условиях бездорожья, заполярного климата, отсутствия элементарных удобств жизни и сложностей с транспортом, четко работала экспедиция Иохельсона. Вот некоторые примеры календарной точности работы экспедиции: 16 августа 1900 г. Иохельсон с женой прибыл в корякское селение Парень на Камчатке; 15 августа 1901 г. (почти день в день через год) направился на лошадях через Становой хребет в Верхнеколымск, работает с юкагирами реки Ясачная; 6 января 1902 года едет к нижнеколымским юкагирам; 6 марта возвратился в Среднеколымск к якутам, затем прибыл в Якутск; 16 июня 1902 г., завершив всю работу, пароходом выехал из Якутска в Иркутск, оттуда в Санкт-Петербург, а 18 ноября того же года уже прибыл в Нью-Йорк.

Результат этой экспедиции впечатляет. Чтобы не утомлять цифрами, отсылаю читателя к опубликованным статьям Иванова В.Х.[7] и Ивановой-Унаровой З.И.[8], где приведены данные, собранные у коряков, юкагиров, эвенов и якутов. Это не только материальные артефакты от предметов повседневного быта до произведений декоративно-прикладного искусства, но и записи устного и музыкального фольклора на восковых цилиндрах, антропометрические замеры, ботанические экспонаты, фотографии, рисунки и т.д.

Успеху Иохельсона способствовало его знание языков. За время своей ссылки в Якутии он выучил якутский, юкагирский, корякский языки, что само собой вызывало симпатию и доверие людей. Позже, во время камчатской экспедиции, он выучил алеутский и ительменский языки.

Большая Камчатская экспедиция Русского географического общества, организованная на средства московского миллионера Рябушинского в 1908-1911 гг., была третьей по счету экспедицией Иохельсона. Первые полтора года Иохельсон провел среди алеутов Алеутского архипелага на островах Уналашки, Атту, Атки, Умнака и др., изучая язык, обычаи и культуру алеутов. Собрал словарь в 5000 слов, записал 150 текстов мифов, преданий и сказок. На Камчатке прежде всего изучает ительменский язык. В районе Авачинской губы провел археологические раскопки, нашел материалы по древней культуре ительменов и нашел в них сходство с культурой айнов и индейцев Северо-Западной Америки.

Таким образом, Иохельсон внес неоценимый вклад для исследования этнокультурных контактов между Северо-Востоком Азии и Северной Америкой.

Последующие 10 лет он работал хранителем отдела музея антропологии и этнографии Российской Академии наук в Санкт-Петербурге. В 1922 г. был командирован Академией наук в США для завершения работ по Джезуповской экспедиции. Из командировки он не вернулся и до конца жизни работал в Американском музее естественной истории и в институте Карнеги в Вашингтоне. Скончался в Нью-Йорке в 1937 году в возрасте 82 лет, Дина Лазаревна пережила его на 6 лет и умерла в 1943 г. в возрасте 79 лет.

Труды Иохельсона изданы на английском языке в серии «Ученые записки Американского музея естественной истории»: "Коряки (Лейден. 1905-1908); "Юкагиры и юкагиризированные тунгусы" (Лейден, 1926, переиздано в Нью-Йорке в 1975 г.), "Якуты" (Нью Йорк, 1933). А также в Америке вышли монографии «Археологические исследования на Алеутских островах» (1925); «Археологические исследования на Камчатке» (1928); «Народы Азиатской России» (1928); «История, этнология и антропология алеутов» (1933). Иохельсон и Богораз были сторонниками заселения Америки через Берингов пролив. Все их труды насыщены сравнительными данными с другими народами Азии и Америки. На эту сторону деятельности Иохельсона и Богораза обратил внимание журнал «Советская этнография» за 1935 год. Сначала в № 2 вышла статья К.Б. Шаврова, посвященная 80-летию со дня рождения Иохельсона, где он писал: “По числу объектов исследования отдельных народностей, по числу лет непосредственно полевых исследований - более десяти - Иохельсон превосходит многих русских этнографов ... Все его книги насыщены сравнительно-этнографическими данными; вопросы хозяйства, быта и культуры того или иного конкретного народа всегда трактуются Иохельсоном не изолированно, а в сравнении с оседлыми народами Азии, и особенно, Америки”. Вместе с тем, Шавров ставит в упрек Иохельсону «беспринципный по существу эмпиризм… Так же, как прочие представители американской школы "исторической антропологии", Иохельсон ставит себе в заслугу отказ от всяких попыток исторических и социологических обобщений и поэтому, разумеется, не может преодолеть классово обусловленную ограниченность этой школы"[9].

Затем в № 4-5 за этот же год выходит статья Яна Петровича Кошкина, публиковавшегося под псевдонимом «Алькор», посвященная 70-летию со дня рождения Богораза.

Владимир Богораз (1865-1936), принявший литературный псевдоним «Тан», выступавший в те годы уже как писатель и поэт, участвовал в работе Джезуповской экспедиции исследованиями жизни и культуры чукчей, коряков и северных камчадалов. Супруги Богоразы вернулись в Петербург в 1901 году, а на следующий год они были вынуждены эмигрировать в Финляндию, затем в Нью-Йорк. Боас помог ему устроиться на работу в Американском музее, где он пробыл три года. В советский период Богораз стал директором Института народов Севера, вместе с Штернбергом организовал этнографический факультет в Ленинградском университете.

Кошкин-Алькор писал, что Богораз вместе с Иохельсоном выдвинули теорию эскимосского клина, который шел с Севера через Берингов пролив после раскола двух континентов, т.е. они считали, что народы северной Америки пришли из Азии по Берингову мосту[10]. Автор этой статьи Кошкин-Алькор был учеником Богораза и Штернберга, изучал эвенков, работал в институте народов Севера. Скоро он был арестован и расстрелян.

Это были последние публикации об Иохельсоне в советские годы.
Так сложилась судьба ученого, что на родине о нем мало знали. Работая в основном в Германии и Швейцарии, он приобрел за рубежом славу крупного ученого, знатока Сибири и Северной Америки. А на родине понадобился целый век для того, чтобы вернуть достойное имя Владимира Иохельсона. В дореволюционной России на нем лежала тень мятежника-народника, и многие годы он находился в изгнании как политссыльный. Даже тогда, когда работал в экспедициях с разрешения властей, за ним велось негласное наблюдение. Секретный циркуляр егермейстера Синягина из Министерства внутренних дел уведомлял местным властям не оказывать содействия Богоразу и Иохельсону “ввиду их прежней антиправительственной деятельности” и о целесообразности учредить за ними негласное наблюдение[11].

Отношение к Иохельсону было неоднозначным и в советский период. Его обвиняли в ограниченности мелкобуржуазного мировоззрения, в близости к американской школе этнографии. Согласно условиям контракта он писал свои труды на английском языке. В 1930-х гг. были переведены на русский язык лишь части монографий В. Богораза "Чукчи" и В. Иохельсона "Коряки". касающиеся материальной культуры этих народов. В те годы духовная культура малых народов – шаманизм, традиционные обряды и обычаи считались отжившими свой век. Полный перевод монографии Иохельсона «Юкагиры и юкагиризированные тунгусы» вышел в свет лишь в 2005 году благодаря Фонду Макартуров.

Огромный и ценный материал Джезуповской экспедиции почти столетие пролежал в запасниках Американского музея. Интерес к нему возник в 1988 г., когда по инициативе Смитсоновского Института (Вашингтон) была организована уникальная выставка "На перекрестке континентов". В основу ее легли коллекции артефактов народов, населяющих побережье Тихого океана двух континентов, находящиеся в музеях США и СССР. Был издан большой каталог с хорошими иллюстрациями и с научными статьями.

Сибирская коллекция Американского музея естественной истории представляет цельный срез этнической культуры народов Северо-Востока Сибири рубежа XIX-XX вв. До сих пор еще не переведены на русский язык капитальные монографии «Якуты», «Народы Азиатской России», «Чукчи», «Коряки», в которых описываются образ жизни, во многом забытые обычаи, обряды, праздники, материальная культура народов. Артефакты коллекции и научные труды являются тем материалом, который призван ускорить начавшийся процесс этнического возрождения народов.

З.И. Иванова-Унарова, к. иск.


Примечания

  1. Vladimir Ivanov-Unarov, Zinaida Ivanova-Unarova/ 1. The Revitalization of the Traditional Culture of Northeast Siberian Peoples. In: Constructing Cultures Then and Now. Celebrating Franz Boas and the Jesup North Pacific Expedition. Laurel Kendall and Igor Krupnik, eds. "Contributions to Circumpolar Anthropology", vol. 4. 2003. Washington, DC: Arctic Studies Center, pp.336-347
  2. Иохельсон В.И. Автобиография. Архив Института востоковедения . Ф. 631, оп.1, ед. хр.62.
  3. International Encyclopedia of the Social Sciences. Vol.2,, 1965.
  4. Иванова-Унарова З.И. Дневник Иохельсона // Илин, 1999. - № 3-4. – с. 52-59
  5. Архив АМЕИ. Письмо Иохельсона Боасу от 17 июля 1902 г. (на англ.яз.)
  6. Калашников Н. Доктор Дина Лазаревна Иохельсон. Очерк для журнала «Новое русское слово» на англ яз. (перевод В.Х. Иванова). Архив Института Востоковедения. Ф. 631, оп. 1, ед.хр.122.
  7. Иванов В.Х. Владимир Иохельсон и Дина Иохельсон Бродская – исследователи этнической культуры народов Северо-Востока Сибири // Мат. научно-практической конференции «Циркумполярная культура: Памятники культуры народов Арктики и Севера. Якутск, 2000. – с. 119-128
  8. Иванова-Унарова З.И. Сибирская коллекция в Американском музее естественной истории в Нью-Йорке // Поляр. звезда, 1997. - № 5. - С. 38-43.
  9. К.Б. Шавров. В.И. Иохельсон.- Советская этнография, № 2, 1935.
  10. Я.П. Алькор. В.Г. Богораз // Сов. этнография.- 1935. - № 4-5. – с. 5-31.
  11. Кротов М. Условия работы Вл. Богораза и Вл. Иохельсона в Сев.-Тихоокеанской экспедиции 1901-03 гг.// Сб. материалов к изучению Якутии. Якутск, 1922. –- Вып. 1. - № 1. – с. 13-14.